• Балканы, Афон, Константинополь
  • Преподобный Сергий Радонежский и афонская монашеская традиция. Окончание

    Представление о незыблемом единстве Церкви, способствовавшее перерастанию исихазма в общеправославное движение, было созвучно идеалам монашества. Святая Гора всегда была центром притяжения для людей со всего православного мира, ученики из многих стран собирались вокруг преподобного Сергия и его преемников.

    Преподобный Сергий Радонежский и афонская монашеская традиция. Часть I

    Чувство церковного единства, которое выше границ и национальных разделений, появилось уже в период первохристианской общины. В подобной системе координат действовали и исихасты. Афонская монашеская республика всегда была духовным центром не национального, а вселенского значения. Это утверждение вполне можно отнести и к Троице-Сергиевой Лавре.

        

    Консолидация православных была одной из главных задач, которую ставили перед собой традиционалисты. Афонские монахи были инициаторами примирительных переговоров между Сербией и Византией. В 1374 году по настоянию афонского сербского монаха Исайи, Константинопольский Патриарх снял анафему с Сербской Патриархии.

    Преподобный Сергий Радонежский консолидировал русских князей на борьбу с внешним врагом, и по словам проф. Ключевского “вдохнул в своих современников силу нравственную, чувство бодрости и духовной крепости “.

    Есть основания полагать, что преподобный Сергий стоял на тех же политических позициях, что и близкий к нему видный представитель исихастского движения митрополит Московский Киприан: одобряя объединение Руси вокруг Москвы, “он был противником как московских, так и литовских тенденций, ведущих к разрушению единства, унаследованного от киевской эпохи и укрепленного влиянием Византии”1.

        

    Тем самым исихасты боролись с раздроблением Русской Церкви на несколько митрополий. «Это предполагало союз между Москвой и Литвой, конец провинциализма отдельных княжеств и церковное строительство в соответствии не только с местными интересами, но и с высшими принципами кафолического единства Церкви»2.

    Таким образом, мы можем прийти к выводу что русское и греческое монашество “объединялось в своих устремлениях и деятельности обшей идеологией и творческим импульсом, который подразумевал преданность идее "византийского содружества", оживление интереса к византийской литературной традиции, осознание законности культурного плюрализма, религиозный подъем и миссионерскую ревность”3.

    В традиции всех Поместных Церквей монашество - это институт, основанный на духовном водительстве. Как говорил схиигумен Герман, строитель Зосимовой пустыни, «стачество есть основание для доброго монастырского устроения… Все великие аввы, создатели иноческих общежитий: Пахомий Великий. Феодосий, Евфимий, Савва и другие – были вместе и духовными руководителями»4.

    Афонские обители и духовная школа Сергия Радонежского продолжили эту традицию. В монастыре преподобного Сергия духовником братства был сначала сам подвижник. Его старческое служение выражалось, в частности в том, что преподобный принимал откровение помыслов.

    Хотя старчество по преимуществу считается монастырской дисциплиной, с самых ранних времен существуют свидетельства об окормлении старцами и мирян тоже. Примеры исповеди мирян старцам можно найти в источниках уже начиная с IV в.5 Существуют случаи не просто учительства, а духовноотеческого пастырства древних монахов в мирской среде6.

        

    Особенностью монашеской традиции Афона и Лавры всегда была открытость миру. Монастыри стали настоящим духовным оазисом для людей всех социальных слоев.

    Преподобный Сергий по словам его жизнеописателя "для всех притекающих к нему был как бы источником благопотребным... Многие приходили к нему, не только ближние, но и издалече, из дальних городов и стран, чтобы только взглянуть на него и услышать от него слово, и все получали великую пользу и спасение души от назидательных его дел".

    Еще одной характерной чертой рассматриваемой сегодня монашеской традиции стала независимость от светских властей, и как следствие равноудаленность, а точнее равноприближенность ко всем христианам (вне зависимости от их общественного положения).

    Ещё Антоний Печерский вернувшись с Афона на Русь , долго ходил по разным княжеским обителям, но ни одна ему не приглянулась, и в конце концов появился независмый Киево-печерский монастырь.

        

    Монахи как на Афоне так и на Руси выступали как безбоязненные обличители неправды.

    Святой Сергий был не только великим молитвенником, но и миротворцем. К нему часто обращались за решением споров, и ему приходилось мирить князей, иногда обличая непокорных.

    ***

    Подводя итоги можно сказать что влияние афонской монашеской традиции никак не значило простого копирования, отсутствия собственного взгляда и инициативы. Русский духовный тип был отмечен своими особыми чертами.

    Предание не подавляющее индивидуальность каждого человека, обеспечило возможность творчества и развития и на национальном уровне.

    1 Мейендорф И. Византия и Московская Русь.

    2 И. Мейендорф Историческое значение богословского творчества св. Григория Паламы

    3 Мейендорф И. Византия и Московская Русь.

    4 Арсений (Жадановский), еп. Воспоминания. М., 1995. С. 68.

    5 Там же. С. 251.

    6 Там же. С. 269.

    Смотри также:

    Старец Лука Филофейский. Откликаясь на любовь Божию человек становится личностью
    Agionoros.ru публикует продолжение беседы с одним из самых авторитетных современных афонских богословов старцем Лукой (насельником монастыря Филофей).

    Митрополит Лимассольский Афанасий. Монашеская традиция и ее значение в современных монастырях
    Доклад митрополита Лимассольского Афанасия (Кипрская Православная Церковь) на конференции «Монастыри и монашество: традиции и современность» (Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 23 сентября 2013 года)

    Святогорское монашество в жизни Церкви
    С начала 1970-х годов в Афонской Республике наблюдается не только рост населения, но и наличие признаков, свидетельствующих о ее возрождении. Разумеется, своеобразие этого общества не позволяет оценивать его только на основании стандартных статистических показателей, которые применяются по отношению к мирским сообществам. Глубина внутренней жизни человека, и в особенности монаха, находится за рамками социологических исследований. Тем не менее, и статистические данные имеют определенное значение.

    Митрополит Месогейский и Лавреотикийский Николай. Неизреченное благоухание
    — Ты взял благословение у старца Арсения? — Кто это? — спросил я в недоумении. — Старчик, что стоял рядом с тобой. — Старчик, что спал рядом со мной? — произнес я про себя.

    «Немощное мира избрал Бог» (1 Кор. 1: 27)
    «Если это вечер, ангел-хранитель меня будит. Если это день, он сам открывает дверь мне».

    Афанасий Зоитакис. Преподобный Сергий Радонежский и афонская монашеская традиция. Часть I
    Афон – целая вселенная, со своей строгой аскетической красотой и тысячелетиями сохраняемым небесным порядком. Святогорские монахи – это люди с разными судьбами и у каждого свой путь на Афон. Не все достигли святости, но почти все стремились восходить по этому непростому и тернистому пути.

    Жизнь в афонской киновии
    Человек становится монахом, когда находит смысл своей жизни в общении с Богом, чувствует свою личную немощность и просит Его милости. По своему человеколюбию, Церковь создала различные способы монашеской жизни. Люди оценивают их, каждый по-своему.

    Старец Паисий Святогорец. Слова. Том V. Страсти и добродетели.

    Старец Паисий Святогорец (1924-1994), известный во всём православном мире греческий афонский монах, подлинный святой нашего времени, авторитетнейший духовный наставник и писатель. Серия «Слова» Старца Паисия начала составляться после его кончины монахинями основанного Старцем монастыря Суроти недалеко от Салоник. При составлении «Слов» Старца Паисия были использованы магнитофонные и стенографические записи бесед с ним, его письма и отрывки из книг написанных им при жизни. Написанные в живой, образной форме вопросов и ответов «Слова» Старца Паисия Святогорца переведены на десятки языков и помогают многим людям найти путь к Богу и получить ответы на волнующие их вопросы. В V томе «Слов» собраны поучения Старца, относящиеся к страстям и добродетелям. Они составлены из ответов Старца на наши вопросы о распозновании и уврачевании страстей, а также о делании добродетелей.