• Балканы, Афон, Константинополь
  • Евхаристия и Божественная Литургия в учении участников "филокалического возрождения"

    Новым испытанием для Церкви стал вызов Европейского Просвещения.

    В XVIII веке на Балканах нарастал процесс массовой исламизации, во многих населенных пунктах не хватало пастырей, закрывались школы и прекращались богослужения.

    Новым испытанием для Церкви стал вызов Европейского Просвещения. Под прицелом новой идеологии в частности оказались молитва, богослужение и священство. Просветители предложили собственную программу дехристианизации и секуляризации. А добившись власти реализовывали ее на практике. Во Франции реформировали календарь исключив из него святой для христиан воскресный день и начав летоисчесление от начала революции, запретили публичное ношение священнических облачений и совершение крестных ходов. Имели место акты осквернения храмов и Священных сосудов, неоднократно происходили нападения на священников. Многие сходные меры принимались впоследствии в Греции, Румынии и других странах Балканского региона.

    Ответ на угрозу массовой исламизации и вызов европейского просвещения предложили участники традиционно-просветительского движения, известного в историографии как «филокалическое (исихастское) возрождение»1.

        

    Деятельность традиционных просветителей носила многосторонний характер: с одной стороны, они стремились вернуть отошедших от Православия людей в лоно Церкви, с другой – хотели возродить чистоту христианской жизни, распространить святоотеческую традицию и укрепить единство народа.

    К числу основных лидеров «филокалического (исихастского) возрождения» прежде всего следует отнести выдающегося миссионера равноапостольного Косму Этолийского (1714–1779), его брата — руководителя Патриаршей академии Хрисанфа Этолийского (1710–1785), преподобных Никодима Святогорца (1749–1809), Нифона Хиосского и Афанасия Паросского (1721–1813), святителя Макария Нотараса (Коринфского) (1731–1805), а также Евгения Вулгариса (1716–1806) и Никифора Феотокиса (1731–1801), чья судьба была тесно связана с Россией, Паисия Величковского и ряда других афонских монахов (в том числе сербов, румын, болгар).

    Вопреки распространенному мнению, традиционалисты считали вопрос о поминовении усопших по воскресным дням второстепенным, полагая просвещение соотечественников гораздо более важной и первоочередной задачей2. Макарий Коринфский, традиционно относимый к коливадам, практически не участвовал в полемике с их идеологическими оппонентами, а сосредоточился на просветительской деятельности3. Он не совершал поминовения усопших по воскресениям, но никогда не осуждал и не считал еретиками тех, кто их совершал4. Другой традиционалист Афанасий Паросский осудил фанатизм крайних коливадов, назвав их язычниками5. Сам термин «коливады»6 является, на наш взгляд, некорректным, не отражающим суть и масштаб движения. Более того, он отвергался и самими традиционалистами: «нас часто обвиняют и называют коливадами»7.

    Водораздел по которому можно провести границу между участниками движения и теми, кто в него не входил, было правомыслие в вопросах веры (в том числе и по отношению к таинтсву Евхаристии).

    Неофит Кавсокаливит Неофит Кавсокаливит
        

    Иллюстрацией этого тезиса может служить пример Неофита Кавсокаливита8. «Один из образованнейших афонских монахов восемнадцатого века»9, Неофит действительно был одним из первых среди тех, кто выступил против совершения панихид по воскресным дням. Но отнесение его к традиционалистам не представляется правомерным по целому ряду причин: он никак не участвовал в просветительской деятельности, ничего не сделал для распространения исихастской традиции. Неофит рано покинул Афон (1760) и более не принимал участия в дискуссии по темам, разработке которых посвятили себя коливады. Взгляды Неофита носили по некоторым вопросам откровенно еретический характер10. В частности он полагал, что во время Евхаристии тело Господне является мертвым. Также, он ошибочно утверждал, что православные не причащаются целого тела и крови Христа. На этом основании он развил мысль, что причащаться нужно как можно чаще. Он утверждал, что христиане должны приобщаться Святых Таин на каждой службе вне заисимости от своего достоинства или недостоинства, так как частым причащением человек избавляется от грехов.

    Неофит Кавсокаливит не только не был соратником традиционалистов, но и был подвергнут резкой критике с их стороны. В «Апологии веры» Никодим Святогорец выступил с опровержением еретических положений Неофита11. Афанасий Паросский также не принимал ошибочные взгляды Кавсокаливита и активно выступил с их критикой12.

        

    Вслед за святыми отцами участники «филокалического возрождения» выделяли два типа знания и познания: внутреннее (духовное) и внешнее (научное), первое занимается изучением Бога (нетварного) а второе мира (тварного).

    Бог и Его откровение в этом мире для традиционных просветителей намного шире границ разума и глубже его законов. Постичь его ширину и глубину можно не начитанному эрудиту, а только человеку с очищенным сердием и преображенным разумом по мере своего духовного возрастания расширяющим и свои духовно-познавательные способности. «Бог даровал нам Святую Веру, Святое Крещение, Святое Причастие, чтобы мы знали, зачем живём»13. Поэтому центральное место в учении традиционалистов занимает рассказ о Божественной Литургии и Таинстве Евхаристии.

        

    “Чтобы постичь природу Пресвятой Троицы, надо сначала оставить зло и грехи, исповедоваться начистоту, причаститься Святых Христовых тайн с большим страхом и благоговением, и тогда Благодать Всесвятого Духа просветит наш разум и мы сможем её постичь”14, подчеркивал Косма Этолийский. Именно такому человеку «откроется то, чего никогда не постигнуть с помощью знаний»15.

    При этом приоритетное значение имеет правильное и благоговейное отношение к Таинству: «Если хотим получить пользу от Божественных Тайн, как одиннадцать апостолов, и не потерпеть вреда, как злочестивый Иуда, будем исповедоваться искренне и причащаться Святых Тайн со страхом, трепетом и благоговением. Тогда Святые Тайны нас просветят и освятят. Если же мы дерзнём подойти к Чаше без исповеди, осквернённые грехом, неисправившиеся (как я), то Святые Тайны сожгут нас. Братья мои, скажите, светлое солнце или тёмное? Все знают, что оно светлое и всё освещает. Но есть не которые животные (например, совы и летучие мыши), которые при свете солнца слепнут, а ночью видят хорошо. Так и с Божественными Тайнами: хорошего человека они просвещают и делают равным Ангелам, а грешника омрачают и уподобляют диаволу. Огонь не всё пожигает: золото, например, побывав в огне, становится ещё ярче и чище. Станем же и мы подобны золоту, а не хворосту, которому уготовано сожжение»16.

    Таинство Евхаристии святой Косма напрямую связывает с таинством Покаяния: «Горе причащающемуся недостойно! Сначала должно совершаться Таинство Покаяния, а потом уже – Святого Причащения. Сперва мы отмываем и очищаем сосуд, а потом уже помещаем туда сокровище»17.

        

    Помимо участия в богословской полемике, традиционалисты ставили своей задачей вновь распространить исконное православие среди народа. Это и стало главной задачей движения. Они знали, «что большая часть простых людей не интересуется богословскими вопросами, догматическими и философскими беседами, а, по мере сил, приобщается к учению Церкви через ее литургическую жизнь»18. Ведь молитва «в особенности литургическая, есть тончайший воспитатель ума, сердца всей личности и единственный метод сущностного самопознания»19. В свою очередь, участие в литургической жизни Церкви и причастность к церковным таинствам сплачивали народ.20

    Важной проблемой того времени была нехватка достойных пастырей. Многие священники были неграмотными, совершали поступки, неподобающие их сану: «выкупали рукоположения и свидетельства о свадьбе »21. В результате всех этих процессов в народе было потеряно доверие к пастырям, что, в свою очередь, приводило к негативному или пренебрежительному отношению и к самой Церкви в целом (что влекло за собой отказ от участия в богослужении).

    Концепция традиционных просветителей была построена на решении сразу двух задач: возвращении уважения к священникам и попытке вернуть самих священников к традиционным идеалам и ценностям.22

    Для восстановления роли священства в греческом обществе Косма Этолийский старался поднять его авторитет: «миряне, почитайте ваших священников»23, «и если вдруг тебе придется встретить священника и царя, посади священника выше царя. А если священника и ангела, поприветствуй сначала своего батюшку, ибо священник по должности своей выше ангелов».24 Интересно, что с точки зрения святого Космы, священнослужитель стоит «выше ангелов и царей» именно потому, что совершает Евхаристию: «Я должен при встрече со священником поклониться и поцеловать ему руки, прося его молитв о себе, грешном, что бы Бог оставил мне мои прегрешения. Ни цари, ни знать – никто из людей не сможет совершить Таинство Евхаристии. А священник, даже если он грешник, Благодатью Божией совершает его»25.

    Косма Этолийский Косма Этолийский
        

    Косма Этолийский основал четыре «высших щколы» для подготовки священников, проповедников и преподавателей. В том же русле была и деятельность святителя Макария (Нотараса) на посту архиепископа Коринфа. Он направлял малограмотных священников в монастыри, где они учились грамоте и готовились к осознанному церковному служению. Параллельно православные традиционалисты обеспечили все приходы необходимой богослужебной и учебной литературой, стремясь помочь священникам в их пастырской и просветительской деятельности.

    Важную роль в организации сторонников традиционалистов играли община и церковный приход. Поэтому православные просветители особое внимание уделили богослужебной литургической жизни церкви. Они строили новые храмы, возобновляли работу заброшенных, объясняли слушателям значение богослужения и церковных таинств. Центром приходской жизни было участие в богослужении, которое в глазах традиционалистов предстает не только как религиозная практика, но и как общественное явление: «чем глубже единство тварных существ, тем более выражена их церковность, и наоборот: чем дальше они удалены друг от друга, тем более дезинтегрированы между собой, тем более нецерковны, бессловесны»26. Богослужение было единственной легальной формой народного собрания, никогда не прерывавшейся во времена турецкого владычества, поэтому участие в жизни Церкви рассматривалось традиционалистами как реальный шанс для консолидации общества. На церковные праздники стекался народ из нескольких соседних селений, оставаясь вместе в течение нескольких дней, пока длился панигири (престольный праздник)27. Необходимостью преодолеть обособленность жителей соседних населенных пунктов, способствовать их постоянному общению, было вызвано и организованное традиционалистами строительство на перекрестках дорог, между соседними селениями, проскинитарий28 (поклонных часовен). В дни церковных торжеств туда также стекались люди со всей округи.

    В своих поучених Косма Этолийский описывает устройство и назначение различных частей храма,29 рассказывает о том, как должно совершаться таинство Брака30, Крещения31, Покаяния и Евхаристии. Подобной проблематике посвящены и многие произведения других традиционных просветителей. На сходство их концепций указывает и то обстоятельство, что независимо друг от друга два представителя традиционалистского движения Косма Этолийский (на собранные пожертвования) и Макарий Нотарас (на свои деньги) покупали купели и раздавали их жителям деревень для совершения таинства Крещения путем полного погружения32.

    Святитель Макарий Нотарас Святитель Макарий Нотарас
        

    Участники традиционно-просветительского движения выступили в защиту воскресного дня. С одной стороны, они противостояли европейским просветителям многие из которых выступали с нападками на воскресение, с другой хотели освободить этот день от работ и торговли, чтобы люди могли свободно посещать Божественную Литургию. По окончании службы взрослые собирались на образовательные кружки, изучали святоотеческую литературу и Евангелие.

    По призыву Космы Этолийского торговля по воскресным дням прекратилась во многих областях. Одного слова святого было достаточно, чтобы слушатели вносили кардинальные изменения в свой жизненный распорядок: «раньше торговые дни были в пятницу, субботу и воскресение, аскет святой Косма отменил воскресение, чтобы христиане не имели работ в этот день, и так и случилось, торговля по воскресным дням прекратилась».33 О необходимости отказаться от работы в дни церковных праздников постоянно говорили и другие участники традиционно-просветительского движения34.

    Их призыв был воспринят народом, продолжившим ориентироваться на традиционные ценности и много лет спустя. 15 марта 1833 года королевским указом, под председательством Спиридона Трикуписа, была созвана «Церковная комиссия», с целью выработки программы по решению церковных проблем. В ее итоговом докладе констатировалось: «грек скорее предпочтет умереть, чем хоть немного нарушить пост, и побираться, чем согласиться работать по церковным праздникам»35.

    Владыка Амфилохий Радович называет «Добротолюбие» «корнем современного богословия»36. Такая постановка вопроса представляется вполне адеrватной: современное православное богословие, более или менее свободное от влияния западной (католической и протестантской) традиции — заслуга участников филокалического возрождения, труды которых не в последнюю очередь способствовали преодолению этого влияния.

    Заслугой участников традиционно-просветительского движения стало установление необходимости частого причащения.

    Перечисляя «главные правила нашего спасения» равноапостольный Косма Этолийский говорил: «После искреннего Покаяния часто причащайтесь Святых Тайн»37. Сейчас эта практика является повсеместно принятой во всех Поместных Православных Церквях, в то время как до публикации Афанасием Паросским, Никодимом Святогорцем и Макарием Коринфским трудов в защиту частого причащения общепринятой практикой было причащение Святых Христовых Тайн один, два раза в год.

        

    История развития православного традиционализма XVIII – начала XIX вв. во многом напоминает аналогичное движение исихастского возрождения XIV в. Оба они со временем стали гораздо шире собственно исихастского или вообще монашеского течения, к ним примкнули общественные деятели, иерархи, деятели искусства и книжники. Вместе они смогли сохранить Православие в условиях внешнего давления.

    Афанасий Зоитакис

    1 Αραμπατζή Α. Αθανάσιου Πάριου βιβλιογραφικά. Θεσσαλονίκη, 1998. Σ. 5.

    2 Παπαδόπουλος Σ. Αγιος Μακάριος Κορίνθου. Ο γενάρχης του φιλοκαλισμού. Αθήνα, 2000. Σ. 37.; Феоклит Дионисиатский. Преподобный Никодим Святогорец. Житие и труды. Москва, 2005. Стр. 58-63.

    3 Подробнее см.: Сергей Говорун. Святой Макарий Нотарас, родоначальник флокализма.// http://www.pravoslavie.ru/archiv/makarijnotaras.htm.

    4 Αθανασίου Πάριου. Κορινθιακόν Αγιολόγιον. Κόρινθος, 1977. Σ. 191.

    5 Αθανασίου Παρίου. Έκθεσις, είτουν ομολόγια της αληθούς και ορθοδόξου πίστεως.//Δήλωσις των εν Αγίω Όρει ταραχών αληθείας. Αθήνα, 1988. Σ. 122.

    6 Колива – злаковые, традиционно использовавшиеся для поминовения усопших. В русском языке также есть слово «коливо» – заупокойная кутья. Коливадами стали называть группу афонских монахов-традиционалистов, в частности, призывавших к запрету панихид по Воскресным дням.

    7 Νικόδημου του Αγιορείτου. Ομολογία Πίστεως.// Πάσχου Π. Έν ασκήσει και μαρτυρίω. Αθήνα, 1996. Σ. 114.

    8 В современной историографии он до сих пор считается коливадом. Ζιάκας. Γ. Πνευματικός βίος και πολιτισμός της Θεσσαλονίκης κατά την περίοδο της Οθωμανικής κυριαρχίας. Στ’ Επιστημονικό Συμπόσιο «Χριστιανική Θεσσαλονίκη. Οθωμανική Περίοδος 1430-1912». Θεσσαλονίκη, 1994. Σ. 89-166.; Μοσκώφ Κ. Εισαγωγικά στην ιστορία της εργατικής τάξης. Η διαμόρφωση της εθνικής και κοινωνικής συνείδησης στην Ελλάδα. Θεσσαλονίκη, 1974. Σ. 101-102.

    9 Τζωγά Χ. Η περί μνημοσύνων ερις εω Αγίω Ορει. Θεσσαλονίκη, 1969. Σ. 16.

    10 Подробнее смотри: Τζωγά Χ. Η περί μνημοσύνων ερις εν Αγίω Ορει. Θεσσαλονίκη, 1969.; Αρχιμ. Νικόλαος Μπαρουσης Η θέσις των κολλυβάδων εναντι των μυστικών ευχών. Πρωτάτων 83.

    11 Πάσχου Π. Έν ασκήσει και μαρτυρίω. Αθήνα, 1996. Σ. 171.

    12 Там же. Σ. 29.

    13 Косма Косма Этолийский «Слова». Москва, «Святая Гора», 2009. С. 129.

    14 Там же. Стр. 204.

    15 Там же. Стр. 73

    16 Там же. Стр. 134-135.

    17 Там же. Стр. 217.

    18 Καραισαρίδη Κ. Ο άγιος Νικόδημος ο Αγιορείτης και το λειτουργικό του έργο. Αθήνα, 1998. Σ. 109.

    19 Радович Амфилохий. Основы православного воспитания. Пермь, 2000. Стр. 16.

    20 Χριστοδουλίδης. Σ. Βιος και ακουλουθία Κοσμά του Αιτωλόυ. 1996. Σ.18.

    21 Πάστρας. Γ. Πατροκοσμάς ο Αιτωλός και σύντομος σκιαγραφία Ευγενίου του Αιτωλού. Αγρίνιο, 1950. Σ. 13.

    22 Περραιβός Χ. Συντομος βιογραφία του αοιδίμου Ρήγα Φερραίου του Θετταλόυ. Εν Αθήναις, 1860.Σ. 52.

    23 Διδαχές Κοσμά του Αιτωλόυ // Μενούνος Ι. Κοσμά του Αιτωλόυ διδαχές και βιογραφία. Αθήνα, Σ. 195-196.

    24 Там же. Σ. 196.

    25 Косма Косма Этолийский «Слова». Москва, «Святая Гора», 2009. С. 188

    26 Радович Амфилохий. Основы православного воспитания. Пермь, 2000. Стр. 142.

    27 Такая практика существует и по сей день.

    28 Μιχαλόπουλος Φ. Κοσμάς ο Αιτωλός. Αθήναι, 1940. Σ. 62-63.

    29 Διδαχές Κοσμά του Αιτωλόυ //Μενούνος Ι. Κοσμά του Αιτωλόυ διδαχές και βιογραφία. Αθήνα, 2002. Σ. 127.

    30 Там же. Σ. 106.

    31 Там же. Σ. 112-113.

    32 Παπαδόπουλος Σ. Αγιος Μακάριος Κορίνθου. Ο γενάρχης του φιλοκαλισμού. Αθήνα, 2000. Σ. 24.

    33 Βέης. Ν. Το Χρονικό του Βερατίου. Φιλολογική Πρωτοχρονια. 1955. Σ. 133.

    34 Νικόδημου του Αγιορείτου. Ομολογία Πίστεως.// Πάσχου Π. Έν ασκήσει και μαρτυρίω. Αθήνα, 1996. Σ. 146-149.

    35 Γιαναρά Χ. Ορθοδοξία και Δύση στη νεώτερη Ελλάδα. Αθήνα, 1999. Σ. 269.

    36 Μαστρογιανόπουλος Η. Αναγεννιτικό κίνημα. Παραφυάδες των κολλυβάδων. Αθήναι, 1987. Σ. 12.

    37 Косма Косма Этолийский «Слова». Москва, «Святая Гора», 2009. С. 217

    Смотри также:

    Афанасий Зоитакис. Адамантиос Кораис: Лидер греческих западников и Православная Церковь
    AgionOros.ru начинает рассказ о лидере греческих просветителей-западников Адамангтосе Кораисе. В первой части материала мы расскажем о его биографии, во второй – о взглядах на Православную Церковь.

    Афанасий Зоитакис: Участие афонских исихастов в полемике традиционалистов и просветителей на Балканах в конце XVIII-начале XIX вв. Часть 1
    Эпоха европейского Просвещения стала временем серьезного противостояния рационализма и традиционализма. Значительная часть носителей «новой» философии требовала не обновления или обогащения религиозной традиции, а ее полного упразднения и замещения. Такой радикализм неизбежно вел к поляризации и жесткому идеологическому противостоянию, не раз имевшему место в православном мире.

    Афанасий Зоитакис: Участие афонских исихастов в полемике традиционалистов и просветителей на Балканах в конце XVIII-начале XIX вв. Часть 2.
    Отвержение и дискредитация общего византийского прошлого вело восточно-европейских просветителей к отрицанию единства православного мира, естественным следствием чего стало последующее отделение Балканских Православных Церквей от Вселенского патриархата.

    Афанасий Зоитакис: Участие афонских исихастов в полемике традиционалистов и просветителей на Балканах в конце XVIII-начале XIX вв. Окончание
    Традиционалисты решительно выступили не только против безграмотности, но и против предрассудков и антинаучных доктрин, получивших широкое распространение в народе и распространяемых различными шарлатанами, пользовавшимися неграмотностью простых людей.

    Архимандрит Епифаний (Феодоропулос). Две крайности:Экуменизм и зилотство

    В этой книге собраны статьи и письма современного авторитетнейшего греческого богослова, бесстрашного защитника церковного Предания и борца за чистоту Православия архимандрита Епифания Феодоропулоса (1930-1989), в которых объясняется опасность и пагубность для церковной жизни как духовного плюрализма, так и ревности не по разуму. В первой части автор разоблачает лукавство сторонников экуменизма, доказывает невозможность объединения православных ни с какими религиозными организациями, до тех пор пока их представители не признают православные догматы во всей их чистоте и полноте; во второй части автор объясняет православным ревнителям, ссылаясь на деяния Вселенских Соборов, что Церковь в своей деятельности руководствуется не только акривией, но и икономией.